Византийская чеканка монет

История и номиналы

Этапы чеканки

Византийская империя считала себя продолжением Римской империи, отличаясь от неё только христианской религией и греческим языком. Однако элементы византийской монетной системы, за исключением использования латыни в надписях, встречаются не ранее IV века н.э.

Монетная система ранней Римской империи исчезла в результате гиперинфляции второй половины III века. Новая система формировалась постепенно при Диоклетиане (284–305) и его христианском преемнике Константине I Великом (306– 337).

Эта система включала:

• Золотую монету, известную как сóлид (solidus на латыни) или нóмисма (νόμισμα на греческом).
• Серебряные, биллонные (обесцененное серебро) и бронзовые монеты, чьи весовые стандарты неоднократно изменялись в течение IV века.

Названия этих монет и их взаимосвязь в стоимости остаются предметом научных дискуссий.

Подчинённая (второстепенная) монетная система эпохи Константина пришла в упадок в начале V века, во время варварских нашествий. К моменту восшествия на престол императора Анастасия I в 491 году сохранились только золотой солид и его две дробные единицы — половина (семи́ ссис - semissis) и треть (треми́ ссис - tremissis), а также небольшая медная монета, известная как ну́ммус (nummus). В середине V века стоимость нуммуса составляла 1/7200 солида, а его вес был менее 1 грамма.

Чтобы обеспечить стабильную подчинённую монетную систему, в 498 году Анастасий ввёл серию кратных нуммусов. Главной из них стала медная монета, равная 40 нуммусам, известная как фóллис (follis). Эта монета стала одной из самых ярких особенностей византийской монетной системы на последующие шесть столетий. Поскольку только солид и его дробные единицы имеют более раннее происхождение, историю византийской чеканки монет наиболее удобно начинать именно с создания фоллиса.

Эта история может быть условно разделена на пять периодов.

Первый период: От Анастасия I (491–518) до середины VIII века

Характеристика:

• Использование трёх номиналов золотых монет.
• Применение четырёх (иногда пяти) номиналов медных монет.
• С 615 года добавляется один номинал серебряной монеты.

Особенность:

• Использование трёх металлов (золота, серебра, меди) делало эту монетную систему похожей на более современные монетные системы.

Второй период: VIII век — конец XI века

Упрощение системы:

• Остаётся только три номинала монет, по одному для каждого металла:
• Золотая монета: нóмисма (nomisma).
• Серебряная монета: милиарéсион (miliaresion).
• Медная монета: фóллис (follis).

Третий период: Реформа Алексея I Комнина (1081–1118)

Начало и длительность:

• Начинается с денежной реформы 1092 года, проводимой Алексеем I, и продолжается до конца XIII века.

Особенности:

• Появление нескольких номиналов монет из низкопробного металла, которые современники называли траке́а (trachea). Эти монеты имели необычную вогнутую форму, вместо традиционной плоской.
• Высший номинал:
• Монета из более низкопробного золота, называемая гипéрпирон (hyperpyron), заменившая старую номисму из чистого золота.
• Базовый номинал:
• Монета из золота гораздо худшего качества, заменившая функции давно утраченного трéмиссия (tremissis).
• Мелкая разменная монета:
• Тракеи из низкопробного серебра, которые со временем стали медными.
• Два номинала небольших плоских монет из меди, одна из которых временно чеканилась даже из свинца.

Четвёртый период: После 1300 года — середина XIV века

Характеристика:

• Введение серебряной монеты, называемой басиликóн (basilicon), созданной по образцу серебряного дуката Венеции.
• Использование небольшой медной монеты, известной как ассáрион (assarion).

Пятый период: С середины XIV века до падения империи (1453 год)

Особенности:

• Полное исчезновение золотых монет.
• Возвращение к монетам из чистого серебра.
• Основной номинал — монета, которая была больше и тяжелее всех ранее использовавшихся в империи.

Примечание переводчика: для упрощения понимания смены монет мы подготовили для вас таблицы эволюции монет по видам металлов:

ЗОЛОТО

Название	Период	Вес (г)	Проба (%)	Примечания
Nomisma	491–1092	~4.4	99–100%	Чистое золото.
Hyperpyron	1092– середина XIV века	~4.45	~85–92% (среднее 88%)	Дебазированное золото.
Baser Gold Coin	1092–XIV век	~1.5– 2.0	~50–75%	Низкокачественное золото, замена tremissis.

СЕРЕБРО

Название	Период	Вес (г)	Проба (%)	Примечания
Miliaresion	VIII–XI века	~2.27	~95– 98%	Серебро высокой пробы.
Trachea	1092– XIII век	~2.5– 3.5	~50– 70%	Выпуклые монеты, дебазированное серебро.
Basilicon	XIV век	~2.2– 2.5	~94– 96%	Основано на серебряном дукате.
Pure Silver Coins	XIV–1453	~8–10	~95– 100%	Крупные серебряные монеты.

МЕДЬ/БРОНЗА

Название	Период	Вес (г)	Проба (%)	Примечания
Follis	491–XI век	~8– 16	Медь/бронза (различные сплавы)	Вес и состав варьировались по регионам.
Trachea	XIII век	~2.5– 6	~80–95% меди	Постепенно заменило серебряные trachea.
Assarion	XIV век	~1–2	~90–95% меди	Мелкая разменная монета.

Хронология: Пять периодов

1. 491–VIII век: Три металла, множество номиналов.
2. VIII–XI век: Упрощение до трёх номиналов (nomisma, miliaresion, follis).
3. 1092–XIII век: Реформа Алексея I, внедрение hyperpyron, trachea и мелочи.
4. 1300–XIV век: Введение basilicon и assarion.
5. XIV–1453: Исчезновение золота, преобладание серебра.

Дебазированный металл — это металл, у которого снижена доля ценного металла (например, золота или серебра) за счёт добавления менее ценных металлов (например, меди, олова или цинка).

Почему происходит дебазирование?

1. Экономические причины:
   • Сокращение запасов драгоценных металлов.
   • Нужда в финансировании войн, инфраструктуры или других государственных расходов.
2. Политические и социальные причины:
   • Попытка облегчить обмен и сделать монеты доступнее для широкой публики.
   • Возможность обмана: правительство уменьшает ценность монеты, сохраняя её номинал.
3. Технические факторы:
   • Упрощение чеканки монет и снижение затрат.

Пример: Византийское золото

• Nomisma (чистое золото) содержало почти 100% золота.
• Hyperpyron (дебазированное золото) содержало 85–92% золота, остальное — примеси (обычно медь и серебро).

Как это влияет на монеты?

1. Эстетика и вес: Дебазированные монеты часто выглядят менее блестящими и имеют меньший вес.
2. Покупательная способность: Монеты теряют доверие населения, так как их реальная ценность снижается.
3. Историческая значимость: Дебазирование часто отражает кризис или упадок государства

Трансформация монетной системы, описанная выше, отражает и частично является следствием финансовых и экономических условий, существовавших в империи в то время.

Первый из пяти периодов характеризовался относительным процветанием государственных финансов и денежной экономики в римской традиции. Эта ситуация сохранялась вплоть до вторжений персов и арабов в VII веке.

Второй период был временем общего сокращения государственных денежных ресурсов и частных обменов, что продолжалось до середины X века.

Третий период, с конца X до начала XIII века, изначально сопровождался ростом численности населения и ресурсов империи. В этот период золотые монеты сохраняли значительную часть своего прежнего международного престижа, несмотря на этап серьёзного дебазирования в середине XI века. Этот престиж пережил катастрофу 1204 года, но с этого момента империя стала лишь тенью своего прошлого, несмотря на восстановление Константинополя греками в 1261 году.

Золотые монеты продолжали чеканиться в четвёртый период, однако вторичный характер их серебряного дополнения — монеты басиликон — отражал доминирующую роль западных держав в регионе, который ранее был исключительно под контролем Византии.

В пятом и последнем периоде исчезновение золотых монет было вызвано не только возвращением к дебазированию из-за напряжённого финансового положения, но и различиями в соотношении золота и серебра. Это привело к возвращению золота в Италии и других местах после нескольких веков практической серебряной монометаллической системы в Западной Европе.

Система, используемая для определения веса и стоимости различных номиналов византийских монет, была заимствована из Римской империи и оставалась неизменной на протяжении всей истории Византии.

Золотой солид весил 4,55 грамма и являлся основной единицей монетной системы, все остальные монеты оценивались в отношении к нему. Солид весил 1/72 римского фунта или 24 карата.

Карат (0,189 грамма) сам по себе был слишком мал, чтобы использоваться для чеканки золотых монет, но служил единицей измерения веса, применяемой для определения стоимости серебряных монет относительно солида. Главная серебряная монета конца IV века, по сути, получила условное название сили́ ква (siliqua) (латинское слово для обозначения «карата»), поскольку, по мнению нумизматов, её стоимость соответствовала одному карату.

Милиарéсион средневизантийского периода равнялся двум каратам, а значит, оценивался как 1/12 солида.

Соотношение медных монет и золота (т.е. фоллиса к солиду) претерпевало значительные изменения. При Юстиниане I (527–565) оно составляло 180:1 в одно время и 210:1 в другое. В средневизантийский период золото стало пропорционально более ценным, и для получения одного солида требовалось уже 288 фоллисов. Однако для большинства периодов невозможно точно определить курс обмена. При Анастасии I в империи действовали всего четыре монетных двора, так как территория империи сократилась до земель вокруг восточного Средиземноморья. Однако завоевания Юстиниана I на Балканах, в Северной Африке, Италии и части Испании привели к значительному увеличению их числа.

Главные монетные дворы на востоке находились:

в столице Константинополе, в соседних Никомедии и Кизике на азиатской стороне Геллеспонта, в Антиохии в Сирии, в Александрии в Египте, и в Фессалонике на Балканах.

Главные монетные дворы на западе были расположены:

в Карфагене (Северная Африка), и в Равенне (на Адриатике).

Эти монетные дворы занимались чеканкой медных монет, но серебро редко чеканилось за пределами Равенны и Карфагена. Золото, как правило, чеканилось только в этих двух западных монетных дворах и в Константинополе, который производил значительно больше золотых монет, чем западные монетные дворы.

Формальные метки монетного двора, сокращённые от названий мест (например, CON для Константинополя, NIKO для Никомедии), использовались только для медных монет и часто опускались, особенно на монетах низкого номинала.

Золотые солиды, отчеканенные в столице, имели надпись CONOB, которая объединяла первую часть названия Constantinopolis и OB, что было сокращением от obryzum («очищенное золото») и греческим числом 72.

Золотые монеты, отчеканенные в Равенне и Карфагене, можно отличить только по хорошо выраженным местным особенностям:

для Равенны характерен высокий кольцевой ободок, для Карфагена — маленькие и толстые заготовки.

Многие монетные дворы были разделены на officinae (оффици́на — мастерские), которые обычно обозначались греческими числами:

• alpha = 1,
• beta = 2 и т. д.

В седьмом веке количество монетных дворов значительно сократилось. Сначала это произошло в результате административной реформы в 629 году, но затем более устойчивое сокращение произошло из-за утраты значительных территорий:

большая часть Балкан была захвачена славянами, половина Италии оказалась под властью лангобардов ( Прим.пер.: древнегерманское племя, в период великого переселения народов вторгнувшееся в Италию и создавшее там Лангобардское королевство ), Сирия, Египет и, в конечном итоге, вся Северная Африка перешли к арабам.

Константинополь остался единственным действующим монетным двором на востоке. Провинциальные монетные дворы на западе продолжали работать только до тех пор, пока соответствующие провинции оставались под контролем Византии. Последним из них был монетный двор в Сиракузах, столице Сицилии, который прекратил своё существование после захвата города арабами в 878 году.

Использование монетных знаков было прекращено, и в течение большей части средневизантийского периода Константинополь оставался единственным монетным двором в империи.

Монетный двор в Фессалонике был возобновлён в XI веке и приобрёл большое значение в последние дни существования империи, однако его продукция не имела специальных обозначений и обычно идентифицируется только по стилю и местам находок.

Золотая чеканка

Типичный солид VI века представлял собой монету диаметром около 3/4 дюйма (2 сантиметра) с изображением бюста правящего императора на аверсе. Император обычно изображался в доспехах, анфас или с лёгким поворотом. Это изображение не пыталось быть портретным сходством.

Золотой солид Анастасия I

На реверсе монет первоначально изображались Виктория или архангел, поддерживающий крест. Однако Юстин II (565–578) предпочёл изображение сидящей фигуры персонифицированного Константинополя, а Тиберий II (578– 582) выбрал крест на ступенях, который, как считается, символизировал украшенный драгоценностями крест, воздвигнутый на Голгофе Феодосием II (408– 450).

Золотой солид Тиберия II

На семиссе изображена сидящая Виктория, пишущая цифру на щите. Первоначально эта цифра указывала на "обеты", которые император обновлял каждые пять лет, но со временем это стало всего лишь формулой.

На тремиссе изображена Виктория с венком в одной руке и сферой, увенчанной крестом, в другой.

И на семиссе, и на тремиссе на аверсе изображён бюст императора, но в профиль, а не анфас.

Седьмой век ознаменовался значительными изменениями в иконографии монет. При Фоке (602–610) было введено портретное изображение, а начиная с правления Ираклия (610–641) монеты стали отражать изменения как во внешности императора, так и в устройствах наследования власти.

Например, Констант II (641–668) и Юстиниан II (685–695; 705–711) изображались как мальчики на своих первых монетах. В то же время, на более поздних выпусках монет Ираклий и Констант II показаны с большими бородами и усами.

Золотой солид Константа II

Для обеспечения преемственности власти императоры включали своих сыновей в правление в качестве соправителей, и это находило отражение на монетах, которые становились инструментом пропаганды династии. Так, Ираклий Константин и позже Ираклонас изображались вместе со своим отцом Ираклием, а на реверсе монет Константа II присутствуют сразу три его сына.

Типы реверсов стали более стандартизированными:

• На солиде изображён крест на ступенях.
• На семиссе — крест на глобусе.
• На тремиссе — простой крест.

При Юстиниане II на монетах появляется бюст Христа, а сам император перемещается на реверс. На золотых монетах он изображается, держащим крест, соответствующий номиналу монеты.

Золотой солид Юстиниана II

Портреты седьмого века были лишь кратковременным этапом. Под правлением так называемых иконоборческих императоров восьмого века происходят три изменения. Во-первых, изображение императорского бюста становится исключительно линейным, и всякое портретное изображение исчезает. Старшие императоры от младших отличаются лишь большими размерами и едва заметными следами бороды и усов, независимо от того, носили ли они их в реальной жизни.

Во-вторых, традиционный крест на реверсе заменяется изображением другого императора, изначально сына императора и предполагаемого преемника, но впоследствии могут быть изображены один или несколько его предков. Сын императора затем размещается рядом с отцом на аверсе. Таким образом, монеты представляют всю династическую линию в порядке рождения.

И, наконец, семисс и тремисс были исключены из обращения. Последние монеты этих номиналов для регулярного использования в восточной части империи чеканились при Леоне III (717–741). После этого они чеканились только в небольших количествах и предназначались для церемониального распределения в особые случаи на востоке до единоличного правления Никифора I (802–803). В то время как на западе, на монетном дворе в Сиракузах, они продолжали чеканиться до захвата города арабами в 878 году.

Золотой солид Леона III. Длинная надпись на реверсе гласит: ”Лео - дед, Константин - отец“, а на аверсе: "Лео - сын и внук, Константин молодой".

Только в середине IX века происходят новые изменения. После восстановления почитания изображений в 843 году, опекуны Михаила III (842–867) разместили на его номисмах бюст Христа, скопированный с монет Юстиниана II.

Золотая номисма Михаила III

Nomismata (или номисмы) — это термин, используемый для обозначения золотых или серебряных монет, которые выпускались в Византийской империи. В основном, этот термин относится к золотым монетам, особенно к солидам, которые были основным денежным стандартом в Византии на протяжении многих веков. Слово "номисма" происходит от греческого "νόμισμα", что означает "монета" или "денежная единица".

С этого времени либо бюст, либо сидящая фигура Христа стали постоянной особенностью номисмы. Леон VI (886–912) выпустил несколько номисм с настоящим портретом вместо неопределённого императорского изображения, как и его сын Константин VII Порфирогенит (913–959). Впоследствии использование портретов стало обычной практикой, так что монеты многих императоров XI века можно сразу распознать по их внешности.

Золотая номисма Константина VII

Гораздо более важными, чем изменения внешнего вида монет после иконоборчества, были изменения в их весе и пробе (чистоте металла). Император Никифор II Фока (963–969), очевидно, по фискальным причинам, стал чеканить новый класс номисм, который был немного легче по весу и получил название тетарте́ра (tetartera; буквально "монеты без четверти"), в отличие от монет полного веса, которые назывались иста́ мена (histamena). Эти легкие монеты — снижение веса было на самом деле гораздо меньше, чем четверть, но термин тетартон мог иметь ту же неопределенность, что и "четверть" в английском языке, как, например, "четверть" города — на первых порах не отличались внешне от монет полного веса, но при Василии II (976–1025) истамены стали крупнее и тоньше, а тетартеры — меньше и толще. Оба типа монет, тем не менее, все еще оставались номисмами, и их различающиеся стоимости иногда учитывались путем разбиения платежей на половину в каждой из этих монет.

Золотая истамена Василия II

Более серьезным изменением было снижение пробы номисмы. В течение семи веков, с момента её введения Константином I Великим до 40-х годов XI века, номисма, чеканенная в Константинополе, оставалась монетой из чистого золота. Михаил IV (1034–1041), который в молодости был менялой и, как считалось, мог заниматься подделкой монет, выпустил некоторые свои номисмы из дебазированного металла. В середине столетия дебазирование продолжалось периодически, пока в десятилетие после разрушительного поражения Византии при Манцикерте (1071) чистота номисмы не упала до около 8 каратов. Затем, в 1080-е годы, когда Алексий I был вынужден переплавить императорскую посуду, чтобы заплатить своим войскам, количество золота в номисме практически исчезло. Это обесценивание сопровождалось введением, при Константине IX (1042–1055), вогнутой формы для истаменона — теперь это была тонкая монета диаметром около 26 миллиметров, вероятно, с целью сделать её прочнее и менее подверженной сгибанию.

Монетная реформа, проведённая Алексием I в 1092 году, привела к возвращению номисм, изготовленных из золота высокой пробы, хотя из-за необходимости переработки ранее дебазированных монет чистота была установлена на уровне всего лишь 20 1/2 карата вместо традиционных 24. Эти новые монеты назывались гипе́рпира, что означает «суперочищенные», и, безусловно, они были гораздо более чистыми по сравнению с их ближайшими предшественниками; они также имели больший вес по сравнению с традиционной номисмой. В дополнение к ним выпускались монеты с чистотой от 6 до 7 карат, которые соответствовали как старому тримиссису, так и истаменону 1070-х годов, на которых выражались многие номиналы. Эти монеты, как кажется, не имели специального названия, но часто получали прозвища в зависимости от их типов, например, trikephala (три́кефала — «три головы») или hagiogeorgata (агиогеорга́та — «Святой Георгий»). На аверсе (то есть на выпуклой стороне монет) обычно изображались Христос или Богородица, а на реверсе — стоящий император, сопровождаемый Христом, Богородицей или одним из святых.

Хотя гиперпир пережил катастрофу 1204 года, когда Константинополь стал столицей кратковременной Латинской империи (1204–1261), монеты, отчеканенные изгнанными «императорами Никии» в Магнесии в Малой Азии, постепенно теряли свою чистоту, снижаясь до 18 карат при Иоанне III (1222– 1254). Более того, бывшие монеты из электрума (сплав золота и серебра), которые сопровождали их, на тот момент были почти чистым серебром. После того как Михаил VIII Палеолог (1259–1282) вернул Константинополь в 1261 году, гиперпир был уменьшен до 15 карат, а затем ещё больше упал до 12 карат в течение долгого правления его сына Андроника II (1282–1328). Одновременно чеканка монет становилась всё более небрежной, а их веса — очень нерегулярными. Очевидно, что эти монеты оценивались по весу, как это всегда происходило в случае с золотыми монетами при больших суммах, а не по количеству. Последние гиперпиры традиционного типа, которые фактически знаменуют конец византийского золотого денежного обращения, были отчеканены Иоанном V в союзе с Иоанном VI (1347–1352). Этот перерыв, наступивший за целый век до падения Константинополя под ударами турок, на первый взгляд парадоксален, поскольку в это время в нескольких странах Западной Европы начиналась масштабная чеканка золота. Однако вполне возможно, что именно спрос на золото в Латинском христианстве вынудил Византию отказаться от него в пользу серебра.

Серебряная чеканка

Серебряные монеты играли лишь второстепенную роль в рамках денежных реформ Диоклетиана и Константина I, не из-за недостатка этого металла, а, вероятно, из-за того, что его цена на монетном дворе была слишком низкой, а колебания его стоимости относительно золота делали чеканку затруднительной, если не рассматривать её в символическом выражении, которое пользователи не были склонны принимать. Вместо этого серебро рассматривалось как относительно независимый элемент в денежной системе, и суммы выражались в серебре по весу, а расчёты производились с использованием смеси монет, серебряной посуды и слитков, чистота которых часто подтверждалась нанесением штампов монетным двором. Это предвзятое отношение к использованию серебра для чеканки монет сохранялось до VI века, поскольку реформы Анастасия I не сопровождались возрождением использования этого металла. Небольшие серебряные монеты чеканились в Италии и Северной Африке при правлении остготов (489–553) и вандалов (439–533) соответственно, а их выпуск продолжился и после повторного завоевания территорий Юстинианом I. Однако единственное серебро, чеканившееся в Константинополе в VI веке, использовалось для церемониальных выпусков, которые сегодня чрезвычайно редки.

Ираклий с Ираклием Константином. Серебряный гексаграмм.

Император Ираклий возродил полноценное серебряное денежное обращение в 615 году, в основном черпая металл для обильных чеканок из секуляризации церковной утвари в период кризиса Персидской войны. Новые монеты назывались гексагра́ ммы (рис. 19), поскольку их вес составлял 6 граммат (6,84 грамма), что превышало вес, использовавшийся для регулярной чеканки на протяжении всего периода Римской империи.

Гексаграммы продолжали выпускаться в значительных объёмах при Константе II и Константине IV (668–685 годы), однако их чеканка начала сокращаться в 680-х годах, и к концу века империя снова вернулась к основе золотого и медного обращения, которая действовала при Анастасии I и Юстиниане I.

В 720 году при императоре Льве III и его сыне Константине V (720–741) была предпринята новая и более долговечная попытка возврата к серебру, когда был введен тип монеты, известный как милиаре́сион. Этот тип монет был гораздо тоньше и шире, чем гексаграммы, и вдохновлен исламским дирхамом, который, в свою очередь, произошел от более ранней сасанидской драхмы. Как и исламская монета, милиаресион не содержал изображения правителей. Вместо этого он украшался крестом, а также именами и титулами соправителей.

Лев III с Константином V. Серебряный милиарисий; 1,99 г. Надпись гласит: «Лев и Константин, императоры по [милости] Божьей», а вокруг константиновского креста на ступенях: «Иисус Христос побеждает».

В течение первого века своего существования милиаресионы чеканились исключительно как церемониальные монеты, предназначенные для публичных раздач, которые проводились при назначении нового соправителя. Монеты с именем одного правителя начали появляться только в правление Феофила (829– 842), когда серебряные монеты стали регулярной частью денежного обращения, выпускаемой каждым правителем с момента его восшествия на трон.

Михаил I. Серебряный милиарисий. Надпись гласит: «Михаил и Феофилакт, по [милости] Божьей императоры ромеев».

Вес милиаресиона несколько раз менялся в течение следующих двух столетий, однако его дизайн практически не подвергался изменениям, и лишь однажды текст на монете претерпел значительное изменение. Император Михаил I (811– 813) добавил слово Romaion («Римлян») к простому basileis («императоры»), которое использовалось его предшественниками. Это было сделано, чтобы подчеркнуть отличие «Римской» империи Византии от империи, которой правил Карл Великий после принятия императорского титула в Риме в 800 году.

В X веке, с наступлением Македонского Ренессанса, предпринимались попытки сделать монету более привлекательной. На пересечении крестовидного орнамента на реверсе был добавлен бюст Христа, а позднее — бюст императора. Сам крест стал более сложным в исполнении, а на одной из анонимных эмиссий X века изображение иконы Богородицы Никопеи, которая, как считалось, принесла победу Василию II в битве при Абидосе в 989 году, заменило крест.

Василий II. Анонимный серебряный милиарисий, аверс; 2,83 г. Вероятно, отчеканен в 989 году. Надпись на аверсе гласит: «О Дева, помогай императорам», а на реверсе продолжается: «Богородица, исполненная славы, тот, кто уповает на Тебя, никогда не потерпит неудачи в своих делах».

В XI веке начали чеканиться дробные номиналы милиаресиона. Появилось множество новых типов монет: стоящие фигуры Богородицы и императора, бюсты Богородицы или Христа, а также изображение сидящего Христа.

Константин X (1059–1067). Серебряный милиарисий в 2/3 номинала. На реверсе находится надпись: «Богородица, помогай Константину Дукасу, императору». Константин X стал первым византийским императором, который размещал свою фамилию на всех монетах. Его предшественники, Константин IX Мономах и Исаак I Комнин, использовали фамилии только на серебряных монетах.

Серебряный милиаресион разделил судьбу золотой номисмы в 1080-х годах и не был возрождён реформой 1092 года. Вместо него появилась вогнутая монета из низкопробного биллона (около 7% серебра), которая изначально оценивалась в четверть старого милиаресиона и считалась равной 48 монетам к одному гипе́рпирону.

Правительство, похоже, не стремилось поддерживать качество этого относительно низкопробного биллона. К концу правления Андроника I (1183– 1185) его содержание серебра упало примерно до 2%, а стоимость уменьшилась до 120 монет на один гиперпирон. Анализы экземпляров XIII века показывают, что к тому времени монета фактически превратилась в медную. Однако сохранение вогнутой формы намекало на якобы существующее небольшое содержание серебра, что позволило переоценивать её по отношению к золотой монете.

В XIV веке серебро снова стало играть значительную роль в монетной системе. Вскоре после 1300 года Андроник II ввёл так называемый басилико́ н (то есть "императорская монета"), типы которого копировали серебряный дукат Венеции, отличавшийся высокой пробой. Поскольку монета чеканилась из чистого серебра, она была плоской, а не вогнутой, и, будучи равной 1/12 гиперпирона, соответствовала старому милиаресиону, что позволило легко интегрировать её в существующую систему учёта.

Однако в 1330-х и 1340-х годах её вес был значительно уменьшен — большая часть Европы тогда испытывала острый дефицит серебра — и после середины века выпуск басиликона прекратился. Вместо него появилась новая серебряная монета, известная как ставратóн, названная так в честь креста (σταυρός, ставрос по-гречески), который был заметной деталью неаполитанского или провансальского двойного джильято, послужившего моделью для её выпуска.

Ставратон стал выполнять функции, ранее присущие ныне упразднённой золотой монете, и поэтому его пришлось сделать тяжелее, чем любые ранее использовавшиеся в Византии серебряные монеты, а также тяжелее, чем любые серебряные монеты, используемые в Европе того времени. Однако даже при начальном весе между 8 и 9 граммами его ценность составляла лишь половину гиперпирона. Также чеканились его номиналы: половина (1/2) и одна восьмая (1/8), но четверти (1/4) не существовало, так как эту роль исполняли серебряные дукаты Венеции.

Ставратон и его номиналы чеканились до последних лет существования империи, однако полная серия последнего императора, Константина XI (1449–1453), стала известна лишь с 1990 года, когда клад, содержащий 90 экземпляров, появился на рынке. Уже давно признавалось, что такие монеты упоминались в современных хрониках осады Константинополя, но их существование долго ставилось под сомнение, поскольку до 1974 года, когда были опубликованы два 1/2 ставратона, не было обнаружено ни одной монеты Константина XI.

Медная чеканка

Введение крупного медного фоллиса, стоимостью 40 нуммиев, стало важной инновацией Анастасия I в 498 году. Монета была отмечена греческой буквой M, которая как числовое обозначение означала «40». Изначально она сопровождалась только двумя фракциями: половиной фоллиса, обозначенной буквой K (20), и декануммием, обозначенным буквой I (10).

Анастасий I. Медный фоллис, малая серия; 9,34 г. Буква M — греческое числовое обозначение номинала в 40 нуммиев, а CON — знак монетного двора Константинополя.

В 512 году вес этих монет был удвоен, и добавлен ещё один номинал в 5 нуммиев, обозначенный буквой E. Кроме того, была возобновлена чеканка нуммиев, приостановленное в 498 году. С тремя номиналами в золоте и пятью номиналами в меди империя получила широкий ассортимент монет, подходящих для эффективного функционирования её экономики.

Тем не менее серебряные монеты, которые могли бы закрыть довольно большой разрыв между фоллисом и тремиссисом, не выпускались, вероятно, из-за колебаний стоимости этого металла относительно золота.

В двенадцатый год правления Юстиниана I (538/9) был ещё больше увеличен вес фоллиса до примерно 25 граммов. Более того, он улучшил его внешний вид и изменил его иконографию, заменив традиционный профильный портрет на аверсе на изображение в фас, а на реверсе добавив дату, тем самым применив к монетам положения своей Новеллы 47 (537), касающейся датирования всех официальных документов по годам правления. Однако эта монета была слишком тяжелой для удобства, и в 541/2 году её вес был уменьшен до около 22 граммов.

В дальнейшем, с интервалами, вес продолжал уменьшаться в течение оставшейся части века, и в конце концов чеканка нуммиев была прекращена, а в систему был введен новый номинал в 30 нуммиев, обозначенный буквой L или XXX. Однако даже в конце века фоллис оставался внушительной, массивной монетой, чей вес и размер, вероятно, давали пользователям уверенность в его ценности.

Юстиниан I. Медный фоллис; 23,54 г. Отчеканен в Никомедии в 12-й год правления (= 538/539 г.).

В седьмом веке фоллис пережил упадок. Дизайны монет, на которых изображены изменяющиеся сочетания правителей, остаются интересными, но их вес многократно уменьшался, а качество исполнения становилось всё более небрежным. Средний вес фоллисов Констанса II составлял всего около 3 граммов, в отличие от 25 граммов столетием ранее, и хотя их иконография была довольно разнообразной, качество их чеканки было отвратительным Они стали настолько малыми, что 1/2 фоллиса уже трудно было чеканить, и более мелкие номиналы практически исчезли. В это время империя находилась в отчаянном политическом положении: её самые богатые провинции, Египет и Сирия, были навсегда потеряны для арабов, а значительная часть Балкан была занята славянами. Эти обстоятельства только усугубили упадок покупательной способности вспомогательной монеты, который начался ещё во второй половине шестого века, и неудивительно, что медные монеты этого периода были худшими среди всей византийской серии.

Констант II. Медный фоллис; 5,10 г. Отчеканен во 2-й год правления (= 642/643 г.). На аверсе можно заметить следы Константиновой надписи «ἐν τούτῳ νίκα» («Сим побеждай»), являющейся первым примером полного текста на греческом языке на византийских монетах.

В последние годы седьмого века наблюдались случайные попытки улучшений, часто с первоначальными выпусками тяжёлых монет при вступлении новых императоров на трон, но ни одна из этих попыток не оказалась постоянной. При исаврийских императорах (717–797) медная чеканка начала подвергаться тому же процессу упрощения, что и золотая. Декануммии и пентануммии были выпущены в последний раз в середине правления Константина V (741–775), а половина фоллиса с отметкой о значении K — при Леоне IV (775–780); половина фоллиса Константина VI (780–797) были в два раза меньше его фоллисов, но имели тот же дизайн, несмотря на явную несоответствие с числом M. Датировка была заброшена ранее в столетии, и бессмысленные XXX NNN заменили ANNO и числовое значение. Что касается меток на оффици́нах, то буква A была единообразно сохранена для заполнения пустого пространства под M. Так как нуммии давно уже не чеканились, концепция "40" стала бессмысленной, и Феофил окончательно отказался от M в пользу надписи, состоящей из нескольких строк, заполняющих поле.

При отце Феофила, Михаиле II (820–829), вес фоллиса был увеличен до ~8 граммов; эта широкая, тяжёлая монета стала характерной медной монетой среднего византийского периода. Обычный дизайн, начиная с правления Феофила, состоял из изображения императора или императоров с одной стороны и надписи, содержащей имя и титул императора, а также, возможно, какой-либо похвальный эпитет, как eusebes, (побожный) или pistos (верный), с другой. При императоре Иоанне I Цимисхе (969–976) бюст Христа был заменён на императорскую фигуру, а надпись "Иисус Христос, царь правящих" — на имя и титул императора. Так началась серия так называемых анонимных фоллисов, которая продолжалась с различными дизайнами до 1092 года.

Лев VI. Медный фоллис; 7,69 г. Император изображён вместе со своим братом и соправителем Александром.

Анонимный фоллис, класс A.2, вариант 48, (период Василия II); 17,93 г. Надпись на реверсе гласит: «Иисус Христос, царь царствующих».

Последние выпуски анонимных фоллисов в 1080-х годах были плохо отчеканены и весили обычно не более 6 граммов. В 1092 году Алексий I упразднил эту деноминацию и заменил её небольшой медной монетой, которая, в отличие от всех более крупных номиналов, была плоской, а не вогнутой. Поскольку она была примерно того же размера, что и бывший золотой тетартерон, походила на него по общему виду и, возможно, стоила четверть от последнего фоллиса 1080-х годов, она получила название тетартерон или тетартон. Тетартеры чеканились в изобилии в XII веке в Константинополе и Солуне, имея большое разнообразие дизайнов: бюсты или стоящие фигуры императоров, изображения Христа, Богородицы и святых, а также имперские или другие монограммы. Иногда встречаются полутетартеры, а один выпуск Алексия I был, что весьма необычно, из свинца, что позволило создать монету большего размера, чем медная. В XIII веке этот номинал стал значительно реже встречаться, вероятно, из-за снижения стоимости биллонных тракей, которые к тому времени также превратились в медные монеты.

В конце XIII века медные монеты, напоминающие тетартероны, исчезли, и их заменили более тонкими и несколько более широкими монетами, которые были известны под старым римским названием асса́ риа. При Андронике II и Андронике III (1328–1341) их дизайны, вероятно, менялись ежегодно, и, следовательно, они

имели чрезвычайно разнообразные виды, но плохое качество чеканки и плохая сохранность большинства экземпляров затрудняют восстановление их деталей. Недостаток данных из кладов также оставляет их точную датировку неопределенной. Когда в 1367 году был введен тяжелый серебряный ставратон, ассарии были заменены двумя медными номиналами: одной, называемой турнесионом (tornese на итальянском), поскольку некоторые монеты были моделированы по образцу denier tournois Франкской Греции, и другой, называемой фолларом, крошечной монетой весом менее 1 грамма, которая имела в своем названии только схожесть с древним фоллисом.

Типы и легенды

Монеты отличаются от кусочков необработанного металла своими изображениями — нумизматы называют их «типами» — и они содержат легенды. Типы и легенды выполняют, по сути, две функции:

1. Идентифицировать монеты для пользователей (и тем самым отличать их от других монет, с которыми их можно спутать)
2. Распространять пропаганду. Монеты выпускаются по распоряжению государства, которое обладает исключительным правом превращать куски металла соответствующего веса и пробы в объекты, признанные законом в качестве определённых денежных номиналов. Поскольку монеты широко циркулируют среди населения, они могут использоваться для создания образа правителя и выражения политики государства, часто с акцентом на преемственность власти. Надписи выполняют эти функции точнее, чем изображения, но в обществах с низким уровнем грамотности они имеют недостаток — их понимают менее широко.

Роман IV (1068–1071). Золотой истаменон, реверс; 4,41 г. Аверс: стоящие фигуры Михаила VII и его двух братьев.

Типы монет слишком разнообразны, чтобы их можно было классифицировать с высокой степенью точности. Большинство типов, использовавшихся в Византии, можно отнести к одной из трёх категорий: изображения правителей, религиозные образы и «функциональные» типы, состоящие преимущественно из обозначений номинала. Буквально живописные типы, такие как предметы или изображения, взятые из природы, а также изображения общественных зданий и событий, практически не встречаются, что делает византийскую нумизматику в этом отношении гораздо менее разнообразной, чем античную — Греции и Рима.

Что касается символических изображений, то военные сюжеты (например, император, поражающий павшего врага или влачащий пленника за волосы) всё ещё широко распространены на монетах IV века, но встречаются реже в V веке и практически исчезают в последующие столетия. Исключительно редко можно встретить изображения императорских браков или повествовательные религиозные сцены, хотя мученичество святого Димитрия представлено на небольшой медной монете конца XIV века.

Обозначения номинала в виде крупных греческих или латинских цифр использовались исключительно на медных монетах и применялись лишь на протяжении примерно трёх с половиной столетий — с момента их введения Анастасием I в 498 году до исчезновения в IX веке.

Изображения правителей

Римская императорская нумизматическая портретная традиция, почти всегда представляющая профильные головы или бюсты, отличается выразительностью, натуралистичностью, разнообразием и высоким рельефом; она является одним из выдающихся достижений нумизматического искусства. На византийских монетах профильные изображения заменяются фронтальными, а индивидуальные черты императоров практически исчезают. Различия в личности отдельных правителей растворяются в величии их сана.

Диоклетиан. Лёгкий золотой ауреус, аверс; 3,65 г. Реверс изображает стоящую фигуру Юпитера.

Лициний. Золотой ауреус, аверс; 5,28 г. Отчеканен в Никомедии. Реверс изображает сидящую фигуру Юпитера.

Этот переход начался в IV веке. Лициний (307–324) экспериментировал с изображением бюста анфас на некоторых своих монетах, но в рамках классической портретной традиции, и результат можно описать как нелепый. Констанций II (337–361) ввел бюст, обращенный в три четверти на своих поздних солидах, и хотя эта практика была прекращена его более традиционными преемниками, профили последующих императоров IV века были почти лишены индивидуальности и стали взаимозаменяемыми. В 395 году Аркадий (383–408) вновь ввел бюст в три четверти на своем солиде. Эта схема доминировала в монетном обращении Востока на протяжении всего V века, хотя профили все еще оставались нормой на западе и сохранялись на востоке для монет императриц, низших номиналов золота, а также для всего серебра и меди. Юстиниан I в 539 году сделал императорский бюст на солиде полностью фронтальным и расширил его использование на более высокие номиналы меди. В 720 году императорский лик был полностью исключен из серебра и заменен надписью в несколько строк, которая указывала имя и титул императора.

Аркадий. Золотой солид, аверс. Отчеканен после 395 года; 4,44 г. На реверсе изображена сидящая фигура Константинополя (символическое изображение города).

До XI века обычным императорским типом был лик в фас, но впоследствии более распространенными стали изображения стоящей фигуры, часто в компании с Христом или одним из святых. Однако это изменение не было неожиданным и не произошло полностью: стоящие фигуры встречались и раньше, например, на монетах Ираклия, и изображения в профиль снова вошли в моду в последний век империи. Сидящие фигуры встречаются редко и обычно встречаются на монетах с изображением пар императоров. Еще реже встречаются монеты, на которых изображен император верхом, как, например, на некоторых монетах Иоанна V (1341–91) и Мануила II (1391–1425), или падающий ниц перед Христом, как на гиперпироне Андроника II.

Причина, по которой несколько императоров изображались на одной монете, была в основном пропагандистской: правитель хотел ознакомить общественность с именем и образом своего предполагаемого преемника. В IV веке было возможно чеканить монеты только на имя младшего императора, но в VI веке, когда ряд императоров были бездетными и совместное правление было исключением, стало обычным показывать двух императоров, сидящих или стоящих рядом, как, например, на солидах с монетами четырехмесячного совместного правления Юстина I и его племянника Юстиниана I (с 1 апреля по 1 августа 527 года). Эта практика продолжалась в VII веке: Ираклий сначала появляется с своим старшим сыном Ираклием Константином (613–632), а затем и с его вторым сыном Ираклионом (632–641), а Констант II сначала с своим старшим сыном Константином IV, а затем с его братьями Тиберием и Ираклием. С VIII по X век нормой было изображение двух императоров на монетах, но совместное правление вышло из моды в XI веке и стало снова распространенным только в XIV веке.

Юстин I с Юстинианом I. Золотой солид, аверс; 4,40 г. На реверсе изображен ангел фронтально.

Группы соправителей размещались на монетах в соответствии с довольно строгим протоколом. Когда было только два изображения, старший размещался слева (с точки зрения зрителя); когда их было трое, старший находился в центре, следующий по старшинству — справа, а младший — слева. Отношения старшего и младшего обычно подчеркивались различием в размере — это было естественно, поскольку младший обычно начинал правление как ребенок — и, казалось бы, незначительными деталями дизайна. Например, если два императора держат жезл длинного креста или штандарт, рука старшего обычно будет находиться выше руки его коллеги. Очень редко, если старший император хотел оказать особое почтение своему младшему коллеге (например, по случаю его коронации), он мог предоставить ему более почетное место. В любом случае, вопрос о том, ставить ли изображение соправителя на монеты, оставался на усмотрение старшего императора. Многие императоры этого не делали или ограничивали появление коллеги только торжественными монетами, выпущенными для празднования его коронации.

Существует две группы "коллег", которые не подпадают под категорию потенциальных наследников. Первая группа состоит из императриц. Некоторые, такие как Ирина (797–802) и Феодора (1055–56), правили самостоятельно и чеканили собственные монеты. Другие появлялись на монетах как регенты в период малолетства своих сыновей (например, Зоя для Константина VII), или потому что они были фактическими правителями (например, София во время правления её сумасшедшего мужа Юстина II), или просто потому, что они родили наследника, и их супруги хотели отдать им честь (например, Мартина в годы правления Ираклия). Но ни София, ни Мартина никогда не изображались на самых важных монетах, золотых. Непопулярность Мартины привела к тому, что она была исключена из более поздних монет Ираклия. Её непопулярность в конечном итоге привела к реакции против присутствия Август (императриц/жен императоров) в монетах вообще.

Теодора. Золотой тетартерон, реверс; 3.87 г. На аверсе изображен бюст Христа.

Вторая группа «коллег» на монетах состоит из предков, и их присутствие ограничивалось некоторыми правлениями Исаврийской и Аморианской династий в VIII и IX веках. Константин V начал с того, что поместил бюст своего отца, Льва III, на реверсе своих монет. Это действие могло быть вызвано частично тем, что пользователи привыкли к изображению двух императоров на монетах в предыдущие десятилетия, а также тем, что семья Константина, возможно, была вдохновлена исламской практикой добавления патронимов к личным именам. Однако практика изображать предков на монетах привела к неизбежной проблеме перегруженности, не говоря уже о сложности интеграции изображений и знаков стоимости в случае с медными монетами. Поэтому неудивительно, что эта традиция была оставлена в 780-х годах и возрождена лишь один раз позднее, при Анне Савойской, во время малолетства ее сына Иоанна.

Императорский костюм менялся с течением веков. С IV по начало VII века император обычно изображался в военной форме, так как такая форма была неотъемлемой частью должности императора. В VII веке это стало менее распространённым, а при Исаврийской династии военные типы исчезли полностью и отсутствовали следующие триста лет. В XI веке такие типы были возрождены, но император теперь обычно изображался стоящим, вооружённым мечом, в то время как раньше он обычно был вооружён копьём. Два типа гражданской одежды, которые предпочитались с VII по XI век, были хламида, длинный пурпурный плащ, застёгивающийся на правом плече с помощью фибулы и украшенный панелью, известной как таблион, и лорос — традиционная консульская одежда. Лорос эволюционировал в сложный украшенный шарф и, в конечном счёте, в ритуальную мантию с длинным шлейфом, который обворачивался вокруг правой стороны тела и свисал над протянутым левым предплечьем. Он носился императором во время религиозных церемоний на Пасхальное воскресенье, так как длинный шарф, обвивавший императора, как саван, должен был ассоциировать его с мёртвым и воскресшим Христом.

Исаак I (1057–59). Золотой истаменон, реверс; 4.37 g. На аверсе сидящая фигура Христа

Императорская регалия включала глобус круцигер (globus cruciger) — сферу, увенчанную крестом, который символизировал небесное основание императорской власти, а также маппу (mappa) — носовой платок, используемый для сигнала начала игр. Изначально маппа была консульским эмблемой, но со временем была объединена со свитком, превратившись в небольшой цилиндрический предмет с украшенными концами, известный как акакия (akakia). Другой консульской эмблемой был скипий (scipio), слоновый скипетр с орлом на вершине, который часто изображался на монетах императоров с IV по VI век, но исчез с Филиппиком (711–713). С V века и далее скипетры с длинной ручкой часто принимают форму креста, либо простого, либо украшенного, или лабара (labarum) — скипетра с прямоугольной головкой, украшенной или с надписью христограммы — обычно сокращённой до буквы X или квинкункса, происходящей от римского знамени легионеров. Императорская корона, когда она не изображена в виде простой диадемы, характеризуется подвесками, свисающими с обеих сторон. Короны императриц обычно имеют более длинные подвески и отличаются от корон их супругов наличием кольца с острыми треугольными пластинами или шпилями.

Характерное портретное изображение полностью отсутствует на монетах V и VI веков. Оно было возрождено Фокой, который изображен на своих монетах с лохматыми волосами и неопрятной бородой. Ираклий в поздние годы своей жизни и его внук Констанс II знамениты своими огромными бородами. Сильный элемент портретного искусства проявляется на монетах конца VII века, когда императорская монетная мастерская привлекла талантливого гравера, который прекрасно изобразил редкие усы Константина IV, юные черты Юстиниана II и толстое, бородатое лицо Леонтия (695–698). Портретное изображение снова исчезло в период правления Исаврийской и Аморийской династий, когда лица изображались в исключительно линейном стиле. При Македонянах эта традиция оставалась преобладающей, но время от времени выпускались монеты, на которых явно пытались изобразить личные портреты Льва VI, Романа I (920–944), Константина VII (Рис. 12) и Романа II (959–963). Более крупные и значительно более впечатляющие версии этих портретов встречаются на императорских печатях и слоновой кости.

Фока. Золотой солид; 4,38 г. На реверсе изображено лицо ангела.

Леонтий. Золотой солид, аверс; 4.31 г. На реверсе изображен крест на ступенях

Персонализированные элементы продолжают появляться на некоторых монетах XI века, как, например, на монетах Константина VIII, на которых его борода, растущая густо на щеках и зачесанная вперед, чтобы скрыть отсутствие волос на подбородке, близка к описанию бороды его брата, Василия II, в труде Пселла. Однако персонализированные элементы часто отсутствуют. Редкий истаменон Зои и Феодоры (1042) не дает никаких узнаваемых черт этих императриц, хотя, как мы знаем по Пселлу, две сестры отличались не только характером и нравами, но и внешностью. В XII веке монеты Андроника I изображают его с длинной раздвоенной бородой, что отмечается в письменных источниках; такие бороды впоследствии становятся модными и встречаются на монетах ряда его преемников. Изображения последних императоров Палеологов можно охарактеризовать как гротескные.

Константин VIII. Золотой истаменон, реверс; 4,41 г. На аверсе сидящая фигура Христа

Зоя и Феодора. Золотой истаменон, реверс; 4,41 г. На аверсе бюст Божьей матери.

Религиозные типы

Монеты ранней Римской империи демонстрировали богатое разнообразие религиозных типов, где известные языческие божества дополнялись аллегорическими изображениями провинций или городов (например, Британия) или персонификациями, провозглашающими цели имперской политики (например, Конкордия, олицетворяющая согласие). С принятием христианства в IV веке все эти изображения исчезли, за исключением Ромы (прим., Рома — как аллегорическая фигура Рима) и Константинополя, чей аллегорический характер был очевиден, а также Виктории (прим., аллегория победы), которая была сосредоточением слишком многих надежд и устремлений, чтобы от неё легко отказаться.

Рома, обычно изображаемая как сидящая фигура в шлеме, и Константинополь, отличавшийся от Ромы тем, что его фигура ставила ногу на нос корабля (что символизировало морскую победу Константина над Лицинием в Геллеспонте), часто появлялись на монетах в IV и V веках, но затем исчезли. Когда Константинополь в последний раз появился на солидах Юстина II, он уже был настолько незнаком, что некоторые пользователи считали, что это изображение богини Венеры. Виктория продержалась немного дольше. Повсеместно присутствуя на монетах IV и V веков, она сохранилась в VI веке и в последний раз появилась в очень подчинённой роли, венчая державу, на монетах, отчеканенных Ираклием после его победы над персами в 629 году.

Юстин II. Золотой солид, реверс; 4,33 г. На аверсе изображён бюст императора в фас.

Учитывая важную роль религии в жизни Византии, можно было бы ожидать, что языческие изображения быстро заменятся христианскими после обращения Константина I. Однако этого не произошло, поскольку христианская иконография медленно утверждалась в IV веке, и императорам приходилось учитывать общественное мнение, особенно настроения армии, которая, вероятно, была гораздо менее христианизированной, чем это следует из письменных источников.

Действительно, христианские символы, такие как хризма (монограмма Христа) и крест, уже появляются на монетах IV века, но обычно они играют второстепенную роль. Крест как основной элемент дизайна монет стал заметным только в V веке, а широкое использование изображений Христа на монетах началось лишь в IX веке. Изображения Богородицы стали частыми только в XI веке, а изображения других святых стали распространёнными лишь в XII веке.

Наиболее очевидными и подходящими религиозными символами для изображения на монетах были монограмма Христа (хризма, которая выражала православный, анти-арианский характер) и крест. Они были просты в исполнении и не оскорбляли христиан, обеспокоенных допустимостью изображения Христа в человеческом облике. Изначально эти символы использовались очень сдержанно: хризма как украшение на шлеме Константина I, а хризма или крест как знак на поле монеты.

Константин I. Серебряный медальон, аверс; 6,36 г. Отчеканен в 315 году после победы Константина над Максенцием у Мульвийского моста (312 год). На реверсе изображена фигура императора, обращающегося к солдатам.

Однако V век стал временем решительных перемен в византийском искусстве, и, что неудивительно, христианизация отразилась на монетной чеканке: крест в венке стал одним из основных типов тремиссиса, а Виктория, держащая длинный крест, стала главным типом солида на востоке с 420 года. Юстин I (518–527) преобразовал профильное изображение женской Виктории с высокой перевязью под грудью в ангела, обращённого вперёд, с неопределённым полом, а Тиберий II отказался от ангела, поместив на реверс своего солида крест на ступенях. Этот мотив сохранялся на монетах на протяжении всего VII века.

В 720 году Лев III перенёс крест на свою новую серебряную монету — милиаресион, предпочтя использовать на реверсе золотых монет изображение своего сына и соправителя Константина V. Крест оставался характерным элементом милиарисиона вплоть до XI века, когда его начали вытеснять изображения Богородицы или Христа. Однако история повторилась: по мере того как крест постепенно исчезал с серебряных монет, он стал появляться на медных, где стал довольно распространённым в период с XI по XIII века. Самые ранние и наиболее значимые религиозные изображения фигур на византийских монетах — это изображения Христа. Два совершенно разных бюста Христа были последовательно введены Юстинианом II (685–695; 705–711 гг.). Первый изображал величественное бородатое лицо, которое, вероятно, восходит к образу Зевса работы Фидия, подчёркивая божественную природу Христа. Второй представлял собой юношеский лик с густыми кудрявыми волосами, что указывало на его человеческую природу и считалось более «истинным»; считается, что этот тип портрета возник в Сирии.

Второй вариант больше никогда не появлялся, хотя бюст младенца Иисуса (Христа Эммануила) был введён Мануилом I (1143–1180) как игра на его имени и использовался многими его преемниками. Первый же тип, в более упрощённой форме, был возрождён при Михаиле III полтора века спустя. Василий I (867–886) в 867 году заменил его изображением Христа на троне, и с тех пор изображения Христа стали регулярной чертой монетной чеканки.

Мануил I. Золотой гиперпирон; 4,28 г. На реверсе изображена стоящая фигура императора.

Некоторые типы изображений восходят к известным иконам столицы. Самый ранний сидящий Христос, вероятно, воспроизводил фигуру в апсиде над императорским троном в Хрисотриклине Большого дворца, первоначально созданную при Юстине II и восстановленную между 856 и 866 годами. Бюст Христа Пантократора впервые был использован в постиконоборческий период для украшения вершины купола в византийских церквях. В рамках каждого типа, особенно в бюсте Пантократора и иконах Христа на троне, можно проследить эволюцию художественных стилей и концепций.

Церковь Успения в Дафни. Бюст Христа Пантократора, мозаика купола. Около 1100 года.

Вторыми по значимости после изображений Христа являются изображения Богородицы, которые, после редких появлений в X веке, начинают широко использоваться на монетах с 1030-х годов. Император Роман III (1028–1034) проявлял особую преданность Богородице: он основал в Константинополе монастырь Святой Марии Периблепты и обнародовал старую икону Богоматери Никопеи (Nikopoios, буквально — «Богоматерь, приносящая победу») в церкви во Влахернах.

Богородица представлена на монетах в различных видах: — в виде бюста или стоящей фигуры с воздетыми в традиционном жесте молитвы руками (Влахернетисса), позднее изображаемая внутри стен Константинополя, «Богом хранимого города»; — в виде бюста с медальоном с изображением Христа (Никопея); — как стоящая фигура, держащая на руках младенца Иисуса (Одигитрия); — как сидящая фигура, обычно с медальоном Христа на коленях.

Её одеяние неизменно: длинный рукавной хитон и покрывало (мафорий), закрывающее голову и ниспадающее до щиколоток. На лбу и плечах мафорий украшен четырьмя жемчужинами, расположенными в форме креста.

Подобно изображениям Христа, некоторые из этих изображений Богородицы соответствуют известным иконам: например, Одигитрия, по преданию написанная самим апостолом Лукой, хранилась в церкви этого же имени близ Серального мыса в Константинополе (резная версия из слоновой кости).

Роман III. Серебряный милиарисий. На реверсе изображена стоящая фигура императора. Легенда начинается на аверсе и гласит: «О, Преславная Дева, тот, кто уповает на Тебя, будет успешен во всех своих делах».

Икона Богородицы Одигитрии, резная кость. Утрехт, Архиепископальный музей. Середина X века.

Святые впервые появляются на монетах в X и XI веках, но становятся распространённым типом монет лишь с XII века. В основном это военные святые, среди которых архангел Михаил, святой Димитрий, святой Георгий и святой Феодор, а также обожествлённый император Константин.

В XIII веке появились и другие святые, в частности святой Николай и святой Трифон, но они никогда не достигли той же популярности, как и изображения серафимов и херувимов, которые встречаются в Никейский период и при Палеологах. Как правило, мотив выбора того или иного святого остаётся неизвестным. Однако святой Димитрий пользовался особым почитанием в Фессалонике, а святой Трифон — в Никее. Некоторые императоры отдавали предпочтение святым, в честь которых они были названы. Так, архангел Михаил изображён на геперпирах Михаила VIII, представляющим императора Христу; ассарион Андроника II содержит на аверсе образ малоизвестного святого Андроника; а две редкие монеты Иоанна V изображают святого Иоанна Крестителя, который на греческом языке известен как Продромос («Предтеча»).

Часто Христос, Богородица или святой изображаются в непосредственной связи с императором. Богородица может благословлять его или совместно с ним держать длинный крест или лабарум; военные святые делают то же самое или передают ему меч или иной символ власти. Когда Богородица касается головы императора, этот жест часто трактуют как коронование, но на самом деле он является лишь благословением; свою корону император получает от Христа, и иногда над его головой изображена Десница Божия или подвешенная корона.

Изображение Богородицы или святого вместе с императором ставило непростую проблему протокола, так как логично было бы, чтобы священная фигура занимала почётное место — слева от зрителя. Богородица действительно занимает это положение на самой ранней монете с таким сюжетом — номисме Никифора II Фоки. Однако впоследствии император обычно изображается слева, что частично связано с оказанием ему почестей, а частично с тем, что так удобнее изображать небесную фигуру, касающуюся его короны или держащую какой-либо символ. В последнем случае превосходство святого выражается тем, что его рука располагается выше руки императора.

Роман III. Золотой гистаменон. На аверсе изображён восседающий Христос. Император одет в упрощённую форму лороса. На реверсе Дева Мария (справа от зрителя) коронует Романа III (слева от зрителя).

Надписи

Особенностью монетных надписей во многие эпохи является их крайний консерватизм, особенно заметный в использовании традиционных форм и языков, вышедших из повседневного употребления. В Византии этот консерватизм проявляется в длительном сохранении латинского языка (и письменности) на монетах несмотря на то, что обозначения номиналов с самого начала обычно были на греческом. Самая ранняя греческая надпись, появившаяся на монетах, — фраза εν τούτω νίκα («сим побеждай»), использованная на первых фоллисах Константа II; именно эти слова сопровождали христограмму в видении Константина перед битвой у Мульвийского моста. Только в середине XI века латинские символы полностью уступили место греческим, и то лишь после долгого периода их смешанного употребления, когда, например, буква C могла означать как «K», так и «S».

Отличительная императорская титулатура на ранних византийских монетах сформировалась в середине IV века, когда перед именем императора добавлялась аббревиатура DN (Dominus noster — «Наш Господин»), а после имени — PF (pius felix — «благочестивый, счастливый») или PP (perpetuus — «вечный») AVG[ustus]. К концу VII века буквы DN и PFAVG стали уже малоразборчивыми для большинства. В начале VIII века первая формула исчезла, а вторая была заменена на PAMVLT (per annos multos — «на многие годы»), что являлось императорским возгласом, который, примечательно, продолжал использоваться на латыни в придворных церемониях. Латинский титул Augustus не пережил VIII века и был заменен на монетах различными греческими эквивалентами, такими как δεσπότης (деспот), βασιλεύς (василевс) или αὐτοκράτωρ (автократор). Иногда добавлялись эпитеты, такие как δοῦλος Χριστοῦ («раб Христов») и εὐσεβής («благочестивый»), или фразы ἐν Χριστῷ, ἐν Θεῷ («во Христе», «в Боге»), последняя из которых является аналогом западной формулы Dei Gratia («Божьей милостью»).

Особый интерес представляет эпитет ὀρθόδοξος (orthodoxos). Он использовался двумя правителями середины XI века, которые таким образом стремились подчеркнуть «православие» восточных государей в период конфликта с Римом, приведшего к расколу 1054 года. Еще один важный эпитет — πορφυρογέννητος («порфирородный»), означавший, что император родился в облицованной порфиром палате дворца, то есть после восшествия своего отца на престол. Этот титул встречается на монете Константина VII, который стремился подтвердить законность своего рождения перед лицом тех, кто ставил под сомнение правомерность четвёртого брака его отца, Льва VI. Позднее он вновь появился при Иоанне II Комнине (1118–1143) — первом императоре более чем за столетие, который взошел на престол по праву наследования.

Начиная с XI века на монетах стали появляться фамилии, которые постепенно вошли в обиход с VIII века, дополняя личные имена в надписях. Еще одной примечательной особенностью императорских надписей, начиная с правления Алексея I, является их расположение в виде вертикальных колонок, аналогично надписям, сопровождающим изображения в церковных мозаиках, вместо привычного расположения по окружности монеты, как это было ранее.

Константин X (1059–1067). Серебряный милиарисий в 2/3 номинала. На реверсе находится надпись: «Богородица, помогай Константину Дукасу, императору».

Реверсные надписи изначально также были на латыни. С IV по VII века они обычно дополняли изображение Виктории или креста, которое служило основным типом монеты, включая упоминание о Виктории, например, Victoria Augustorum («Победа императоров»). В IV и начале V века число соправителей обозначалось количеством букв G в AVG[GG], но во второй половине V века это количество стандартизировалось до трёх G, а позже до двух, даже если император был единственным правителем.

В исаврийский период, когда крест был заменён вторым императорским изображением, на монетах стали указывать имя этой фигуры и иногда её отношение к правящему императору. Например, на номисмах Льва IV длинная надпись на реверсе идентифицирует «Льва, деда, Константина, отца», а на аверсе — «Льва, сына и внука, Константина, молодого».

Золотой солид Льва III. Длинная надпись на реверсе гласит: ”Лев - дед, Константин - отец“, а на аверсе: "Лев - сын и внук, Константин молодой".

С IX века религиозные изображения стали сопровождаться соответствующими надписями, сначала частично на латыни (например, IHS XPS REX REGNANTIVM — «Иисус Христос, Царь царствующих»), но позже полностью на греческом языке.

Иоанн VIII. Серебряный ставратон. Надпись должна читаться, начиная с внутреннего круга: «Господин (деспот) Иоанн Палеолог, Божьей милостью император римлян».

Иногда встречаются длинные надписи, которые читаются с одной стороны монеты на другую. Например, милиаресион Романа III изображает стоящую Богоматерь Одигитрию (буквально «указывающую путь») с метрическим текстом: «О, Преславная Дева, надеющийся на Тебя будет успешен во всех своих делах».

Двойной круг надписей на реверсах ставратона Иоанна V и его преемников позволял вместить длинную последовательность имперских титулов, хотя к тому времени качество буквенного исполнения стало настолько низким, что надписи почти никогда не были полностью разборчивыми. Именно на таких монетах мы наблюдаем закат великой византийской нумизматической традиции, что проявляется и в ухудшении качества изображений.

Трудно представить больший контраст, чем между жалким изображением Иоанна VIII (1425–1448) на его монетах (фотография выше) и великолепной медалью того же императора, выполненной Пизанелло во время его поездки в Италию в 1438 году на соборы в Ферраре и Флоренции в тщетной надежде получить помощь против турок.

Византия умирала, и её традиция нумизматического искусства, унаследованная веками ранее от Рима, возвращалась на Запад — к зарождающемуся Ренессансу.

Иоанн VIII. Бронзовая медаль работы Пизанелло (ок. 1395–1455). Британский музей. Надпись, с тщательно проставленными греческими акцентами, гласит: «Иоанн Палеолог, император и самодержец римлян».